Форум » Божественная поэзия » Зинаида Миркина » Ответить

Зинаида Миркина

Айжан: ...Листы твоих стихов. Я здесь некстати. Прости меня, но я – плохой читатель. Передо мною Божии листы: Сто тысяч километров высоты И глубины – вовек не прочитать их. Но не прочтенья – чтенья ждут они, Которому вовек не будет края, И я читаю и опять читаю… Эти строки принадлежат выдающейся духовной поэтессе современности, тонкому философу и удивительной сказочнице Зинаиде Миркиной. Здесь, дорогие друзья, я хотела бы поместить несколько стихотворений. Если появится желание, вы сможете прочитать больше в сообществе Мир Зинаиды Миркиной или Анна, Финн и Черный Рыцарь на http://my.mail.ru/community/mr.god/, о регулярно проводимых встречах на pomerants.livejournal.com (очередная встреча в Москве - в пятницу, 26 ноября, в 18 часов), о Зинаиде Миркиной на: http://pomeranz.ru/

Ответов - 68, стр: 1 2 All

Айжан: *** Я в тишину иду за кладом. Он скрыт в глубокой тишине. Он на виду, почти что рядом, Но не дается в руки мне. И я спускаюсь по ступеням Туда, где замирает шум, Туда, где сердце на коленях И в полном обмороке ум. Недвижимое море Духа. - Простор во все концы открыт. И слышно, как не только муха, Как мысль внезапно пролетит. Теперь бери его руками Он твой, препятствий больше нет, - Ключ жизни, философский камень Иль вечной юности секрет. (Зинаида Миркина. Из сборника Дослушанный звук)

Айжан: *** Я знаю миг единственного чуда, Когда мой дух, раздвинув естество, Не уместился в ёмкости сосуда. Я где-то возле устья своего. Вот - вот вино прольется из бокала, - Стена и мера - больше не закон. Ну, а сосуд? С ним ничего не стало. Он тот же самый. Но при чем тут он? Я - это то, что бесконечно боле Меня самой. Я - свой горящий след… Все тот же мир, все тот же лес и поле, Но за края ушел вечерний свет… (З. Миркина. Дослушанный звук)

Айжан: *** Живу я истиной одною, Живу, одну лишь мысль храня: Нет Господина надо мною. Есть Господин внутри меня. Есть глубина во мне такая, Пред коей мелки все моря. И это перед ней, смолкая, Разлилась по небу заря. И звезды, звезды заблистали И заглянули внутрь, на дно. Меж Ним и мной - такие дали, И все же - Он и я - одно! И я гляжу с немым вниманьем, Туда, в далекий звездный глаз, Уничтожая расстоянье И останавливая час. (З. Миркина. Из сб. Мои затишья, 1996)

Sarbola: Спасибо, Айжан! Все очень близко! Здорово!

Anadi: Айжан, благодарю тебя за это подаренное знакомство. Настоящий Дар - люди подобные Зинаиде Миркиной и Григорию Померанцу - ее супругу. Фантастическая чудесная пара - и их сотрудничество и служение высочайшее... Встреча эта - настоящие событие для меня. Потрясает вся их жизнь в военной и советской России - прочла на сайте. Вот небольшой отрывок из жизнеописания Зинаиды Миркиной, ее рассказ о прорыве:

Anadi: Зинаида Миркина ...«проклятые» вопросы подступали все ближе и ближе. Обступали, окружали стеной. Весь мир представлялся мне сплошною раной, сплошным страданием. Весь животный мир поедал друг друга. Да и человек ел животных, и все люди доставляли страдания друг другу. И я не могла не доставлять страданий, что меня совершенно ужасало. Ну вот хотя бы: не могла ответить на любовь и чувствовала, какое приношу страдание. От этого я сама страдала едва ли не больше, а может быть и гораздо больше, чем тот, кого я не могла принять. Все это было ненормально, болезненно. Я ни с кем не делилась своими переживаниями и даже с виду была одной из самых веселых девочек на курсе. Вот такой парадокс. Однако жить становилось все невыносимей. И поток самообвинений все рос и рос. Как-то так получалось, что я всегда, если можно было с кого-то спрашивать, то спрашивала с себя. Считала себя виноватой перед всеми с полнейшей искренностью. Я была тогда очень далека от христианских книг, не знала никаких фраз вроде «я хуже всех», «я перед всеми виновата», но я именно так чувствовала. Плодотворным и важным мне казался только спрос с себя. Потом я поняла, что я как бы протирала душу, как бумагу ластиком, и дотерла до дырки. Душа стала сквозной, и в нее хлынуло то, что вечно рядом, но так редко проникает внутрь нас. Плотная стена нашего эго обычно не пускает. В какой-то день эта стена вдруг рухнула. Это был совершенно особый день. День кульминации боли. Казалось, еще немного и – сердце не выдержит. Это было на даче. Была гроза. А потом взошло солнце, и ель, которая стоит перед балконом, - вся в каплях, в тысячах крупных дождевых капель – вдруг вспыхнула тысячью солнц. Это было что-то непередаваемое. Потрясение. Душевный переворот. Когда несколько лет спустя я увидела икону Феофана Грека «Преображение», я почувствовала в опрокинутых, потерявших все прежние ориентиры апостолах – то самое, пережитое мной состояние. Свет, небывалый – сверхеъстества – как будто проколол сердце насквозь и не убил, а пересоздал его. Прежде всего появилась полная уверенность, сверхразумная, вне всякой логики, что Творец этой красоты - совершенен. Это сердцу открылось. А затем произошло нечто, что не передашь прямым словом, потому что слова нашего языка однолинейны, а то, что я увидела, была многомерность. И хотя физические мои глаза не видели НИЧЕГО, кроме ослепительной красоты, внутренние мои глаза увидели Бога. И другим словом я этого не передам. Я увидела то, чего представить себе не могла, ибо этого не знала раньше душа. – Новый облик, новый взгляд, новый строй чувств. Я почувствовала Взгляд на себе, в котором была бесконечная любовь и покой в одно и то же время. Именно это скрещение любви и покоя было потрясающим. Беспредельная любовь ко мне и совершенный покой за меня, как бы трудно мне ни было. Если бы одна любовь без покоя – это было бы бессильем. Если бы один покой без любви – равнодушием. А вот сочетание их было каким-то сверхмирным внутренним всемогуществом. И в этом Взгляде, в этом новом внутреннем строе был ответ на все мои вопросы и на всю боль. Смысл мой не в том, чтобы удовлетворять мои желания, а в том, чтобы преображать их, – в той самой высоте, которую может достичь моя душа и всякая человеческая душа. На этой высоте рождается внутренний свет и всеобнимающая любовь. Сердце чувствует вечность так же ясно, как рука – твердые предметы. – Небесная твердь. И на тверди этой уже ничего не нужно извне. Душа питается из внутреннего источника и находит в нем все для утоления своей жажды и голода. Весь мир в ней, и она раскрывает его для всех.

Anadi: Но сколько бы я ни говорила, все равно главное остается за словами. Меня точно подняли на великую гору и показали сразу всецелость. Мир был страшным и бессмысленным, когда виделся дробно, по частям. Ни в какой отдельной части нет смысла. Он – в тайне всецелости. Это было мое второе рождение. Мне было 19 лет. Однако духовный опыт, который я приобрела, соседствовал с нулевым опытом жизненным, не говоря уж о житейском. Мне казалось поначалу, что никто до меня ничего подобного не испытывал, иначе все ответы на вопросы были бы найдены в миг. И вот сейчас я отвечу всем на все вопросы... Я взяла Евангелие, и оно открылось мне мгновенно. Я знала уже все, что говорилось там. Надо было пройти годам, чтобы я поняла: опыт, подобный моему, был не раз и не десять раз, что он повторялся в разных людях, но изменяя всю душу, не мог ничего изменить в мире. Что у людей еще не подготовлены ни глаза, ни уши. «Имеющий уши, да слышит...» – не имели ушей... И это было новым, невероятным ударом. Мне казалось, что сейчас, вот сейчас я дам людям то, что им нужнее всего. Но... Людям это НЕ БЫЛО НУЖНО. Я стала тяжела для них. Они не могли и не хотели жить на той горе, которая мне открылась. Нет, не плохие и не злые, а хорошие люди, родные, любимые – явно шарахались. Им не выдержать было этого внутреннего напряжения. И я как бы стала запихивать под обычное платье развернувшиеся крылья. Это было непереносимо трудно. И физически я этого не выдержала. Примерно к пятому курсу университета я заболела. Может быть, сказалось все: напряжение военных лет, голод, и, наконец, это внутреннее великое перенапряжение. Я слегла. Пять лет была прикована к постели. Я не могла ходить, не могла читать, я ничего не могла. И я испытывала невероятные муки. Если бы мне раньше сказали, что такое возможно, я попросила бы смерти, как высшей милости. Я и просила. Но безрезультатно. Мечтала о смерти, но о самовольной смерти не могло быть и речи. Я чувствовала одновременно с мукой, что она – мука эта – мое задание, что душа должна СМОЧЬ ЭТО ВЫНЕСТИ. Крест бывает разный. Это – мой крест. И от того, как я его вынесу, зависит что-то бесконечно важное для всех...

Anadi: Может, вся моя жизнь разделилась на две части – до и во время болезни. Вторая часть длится по сей день. Хотя я давно уже и хожу и работаю. Рассказывать о том, как я научилась заново жить, не буду. Это очень трудно. Скажу только, что наверное так, как учатся ходить по канату. Я научилась. Не слишком хорошо, но научилась. И людям не видно, что я хожу по канату. Им видно, что я хожу, как и все. А то, что у всех земля под ногами, а у меня канат, этого не видно. Держусь за воздух... А, точнее – за ту самую небесную твердь. У меня появился термин – поднырнуть под болезнь. Это процесс, в чем-то напоминающий подныриванье под волны во время шторма. Я хорошо держусь в воде, пожалуй, гораздо увереннее, чем на земле. Не просто в воде, - в море, и поэтому это сравнение для меня естественно. Поднырнуть под болезнь, жить глубже болезни... Когда это удается, я живу и работаю. Мое самолечение – глубокое созерцание, выход в те просторы Духа, которые в самом деле вечны и законам этого мира не подвластны. Мы плохо себе представляем, до чего точно и верно выражение Достоевского, ставшее ходячим: мир красота спасет. Я стала снова писать. (7 лет не писала). Писать училась заново, как и ходить. Стихи я писала с детства. В периоды «линьки» все рвала. Лет в 18 решила, что со стихами все кончено. И вдруг они начали приходить, как гроза, как буря. Это было счастье и полнота. Но потом это так же оставляло меня, как приходило. Позже я поняла, что двигалась от одного вида творчества к другому. Определение первому дала Ахматова. Второму – Тагор. У Ахматовой есть строки о Музе: «Жестче, чем лихорадка оттреплет, а потом целый год – ни гу-гу». А у Тагора: «Я погрузил сосуд моего сердца в молчание этого часа, и он наполнился песнями». Теперь (и давно уже) у меня так и только так. И стихи – плод глубокого созерцания. И если душа входит в тишину, в ней все отмывается, сосуд становится чистым и в него натекает нечто из источника жизни. Стихи – следы этого нечто... И, может быть, каждый настоящий стих - прикосновение к источнику жизни. Март 2008г Зинаида Александровна Миркина и Григорий Соломонович Померанц

Anadi: Извините - короткой цитата не получилась. Не получается - оторваться и остановиться читать... и срочно хочется поделиться, ибо близко многим из нас. Ведь встретить новых Друзей - праздник ПОЗДРАВЛЯЮ нас - тех, кому близко! И БЛАГОДАРЮ Айжан!

Айжан: Здравствуйте друзья! Мне как-то неудобно занимать здесь много места и в то же самое время очень хочется поделиться вот этим отрывком из книги Зинаиды Миркиной Озеро Сариклен. Хочется, потому что эта книга не переиздавалась и ее сейчас нигде не найти, даже у самой Миркиной :) Роман этот как я знаю автобиографический, сама я к сожалению его не читала кроме этого отрывка. Это Мистерия или фантазия на одну очень известную библейскую тему. Поражает глубина на которую Миркина смогла здесь погрузиться. С благодарностью за живой отклик и любовью. Айжан. Пролог Тень человека появляется в пустыне. Я не говорю о той тени, которую отбрасывает тело. Это не в счет. Я говорю о тени, которую отбрасывает душа. Тень эта становится видна только тому, кто видел свою душу. Она становится видна только там, где видна душа. Пустыня. Пусто. Нет ничего. Только одна Душа. Около самого Источника жизни. Душа подошла к нему вплотную. Сейчас войдет. Сейчас сольется с ним в одно. Но — между нею и Источником жизни вырастает тень. Она встает во весь рост и закрывает Источник. — Отойди! — говорит человек. — Или я умру от жажды. Тень не двигается с места. И только повторяет каждое движение души... Человек в пустыне. Он скрылся ото всех. Но от тени своей скрыться нельзя. Она появляется перед всеми пустынниками. Даже перед самим Христом. — Отойди, — тихо сказал Он. — Нет, — ответила Тень. — Ни один человек не смеет приблизиться к Источнику. Отойди и ты, ибо ты — человек. Иисус не двигался с места. И тень не двигалась с места. — Ты человек. Иди к людям, — сказала Тень. — Я пойду к людям только тогда, когда смогу спасти их. А спасу их только тогда, когда приведу их к Источнику жизни — к Отцу всего живого. — Спасти всех людей... Привести их к Источнику жизни... — медленно проговорила Тень. — Ты думаешь, люди хотят этого? — Нет, люди не хотят этого. Я это знаю. — А знаешь ли ты; чего хотят люди? — Знаю. Люди хотят получать дары из Источника жизни, но им совсем не нужен сам Источник. — И люди правы, — оказала Тень. — Слиться с Источником жизни, — разве это посильно человеку? — Только в этом спасение человека, — ответил Иисус. — Другого спасения нет. — Итак, ты хочешь пойти против воли людей. Но знаешь ли ты, что люди пойдут тогда против твоей воли? — Знаю. - И ты знаешь, что ждет тебя? — Знаю. — И это тебя не останавливает? Иисус молчал. — Но чего ты добьешься? Иисус молчал. — Ты будешь висеть на кресте, — продолжала Тень, — а люди будут вбивать гвозди в твои руки и ноги. Люди, те люди, ради которых ты не жалеешь жизни, будут глумиться над тобой и зверствовать, а души их, те самые души, которые ты хочешь спасти, будут еще при жизни гореть в аду. Этого ты добьешься? Это — твоя цель? Иисус молчал. — Глупец, ты ведь можешь стать властелином людей. Люди будут идти за тобой, как стадо. Они станут послушными овцами и не окровавят своих рук и не осквернят душ. Что тебе стоит? Стань властелином людей! — Чтобы ты стал моим властелином? — тихо ответил Иисус. Теперь тень замолчала. Она удлинялась... Казалось, она протянется в бесконечность. Но вдруг перестала расти, а стала густеть и уплотняться. — Я князь мира сего, — сказала она. — И всякий, живущий в этом мире, находится в моей власти. Или ты не человек? — Человек. Сын человеческий. — Так что же ты восстаешь против меня? — Я не только человек. И ты это знаешь. Я сын Бога живого. Пусти меня к Отцу. — Не слишком ли ты дерзок? — Нет. Я говорю то, что есть. Я семь. Я сущий. А ты — тень. Тебя не существует. — Меня?! — Да, тебя. Ты имеешь начало, и у тебя будет конец. А мне нет ни начала, ни конца. Я есмь воскресение и жизнь вечная. — Жалкий человек. Ты смеешь произносить эти слова?! — Я с тем и пришел в мир, чтобы их произнести. Я всех людей хочу привести к воскресению и жизни вечной. — Но ты никого не приведешь туда. Ты человек. Ты все-таки человек. Взгляни в грядущее. Ты все видишь? Ты выбираешь ЭТО? Ты ведь сам выбираешь ЭТО. Запомнил? Сам. И ни один ангел не придет к тебе на помощь. И никто не отрет кровавый пот на челе твоем. Ты понимаешь? Все? До конца? Иисус молчал. — Измени свою упрямую волю, — продолжала Тень. — Ведь без твоей воли ничего не совершится. Иисус молчал. — Ты по-прежнему хочешь войти в Источник? Ты хочешь причаститься Создателю мира? Слиться с Ним в одно? — Да. Хочу. — И ты готов отвечать вместе с Ним за то, что создал такой страшный мир? Готов?! Готов слушать проклятия всех этих бедных, жалких страдальцев? Если ты всемогущ, то ты — в ответе! Откажись от всемогущества... Скажи, что я могущественнее тебя. И все будет по-другому. — Ты — могущественнее меня?! Ты — тень моя. — Вот как, тень. А ты — сущий... Но что ты сможешь сделать, когда люди будут тянуть к тебе руки, моля о помощи, а твои руки будут раскинуты по краям креста? Что?! Молчишь... Послушай, остановись. Призови себе в помощь легион ангелов. И этот же легион будет помогать всем слабым. И не будет в мире страдания. Понимаешь ли ты, от чего ты можешь избавить мир? Кликни легион ангелов — и с тобой ничего не случится. Все это увидят воочию и больше уже не буду сомневаться в том, что ты сын Божий. И не будет на земле множества вер и распрей и крови. Дай людям убедиться в том, кто Ты такой. Докажи им свою божественность. — Доказать, чтобы тут же потерять ее? Теперь замолчала тень. И в этом сгустившемся молчании раздались слова Иисуса: — Ты хочешь, чтобы я доказывал свое собственное существование? — Не твое. Твоей божественности, — прошептала Тень. — Я и моя божественность едины. Я не расколот сам в себе. Тот, кто видит меня, видит мою божественность. — Но люди будут глядеть на тебя во все глаза и не видеть твоей божественности. — Да. Они будут глядеть на меня и не видеть Меня. Внешние глаза видят лишь человека. Только внутренние увидят Бога. Я должен привести людей внутрь. Вовне — смерть. Внутри — жизнь. Вовне — тень. Внутри — Бог. Вовне — творения. Внутри — Творец. Тень молчала. И вдруг — вздрогнула: — А знаешь ли ты, что это значит — жизнь без ни-че-го, без чего бы то ни было внешнего? — Знаю, — прошептал Иисус, но так тихо, что слово это мог расслышать только Бог. — Знаешь ли ты, что это значит — быть Творцом? — уже нельзя было понять, кто это спросил, потому что Тень стала совсем прозрачной, почти незримой. — Знаю, — ответило все сердце Иисуса. — Это значит погрузиться в пустыню Духа. Это значит войти в самое сердце пустыни... — Иисус закрыл глаза. Казалось, он их никогда не откроет. Казалось, Он вошел в свои глаза. Спустился в их бездну. И — мир исчез. Но вот глаза открылись. Иисус был один. Тени не было. Перед ним была огромная пустыня. А внутри него был Источник жизни.

Sarbola: И неужели ее нигде не купить, не найти?!

Светлана: Вот, вот...Прочитав отрывок на одном дыхании, я тут же начала искать хоть какую-нибудь ссылочку на эту книгу..И.. нашла Не знаю, как долго прийдётся её ждать, но книга того стоит.. http://www.biblus.ru/Default.aspx?book=8q3a17i0a8 А вот ещё ссылка где можно скачать произведения Зинаиды Миркиной http://www.akniga.ru/Find.html Наберите в "поиске": Зинаида Миркина.

Anadi: Спасибо, Светлана! Попробовала заказать "Озеро Сариклен", но получилось только - объявление о желание приобрести книгу... Все правильно? Я не очень опытный пользователь магазинов в Интернете.

Светлана: Да, Анади. Именно так, появляется окошечко, где ты можешь разместить своё объявление о желании приобрести. Пока так.. Но я чувствую, что скоро, очень скоро мы найдём книгу "Озеро Сариклен". А,может, и не только эту книгу ... ВОт ещё несколько ссылок с её произведениями. http://www.makary-monastery.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=171 http://www.niworld.ru/poezia/mirkina/zinaida_mirkina1.htm http://www.foru.ru/slovo.23493.3.html Интернет-магазины: http://www.flip.kz/descript?cat=people&id=32337 http://www.ozon.ru/context/detail/id/292255/

Айжан: Привет всем! Если кто в Москве - могу помочь связаться с сестрой Ириной Александровной Миркиной, через нее можно купить книжки и еще на регулярно проводимых встречах. и милость просим в сообщество Мир Зинаиды Миркиной - там много выложено. С любовью. Айжан

Светлана: Доброго времни суток! Айжан, так помоги нам,пожалуйста, узнать, есть ли сейчас в продаже книга "Озеро Сариклен". К сожалению, не у каждого есть такая возможность часто бывать в Москве. Но найти способ доставки этой книги в наше время - это же не проблема.

Светлана: * * * Да обернись, пока не поздно! Все несерьезно, несерьезно! И как ты мог принять всерьез Смерть света ночью? Смерть берез Под снегом белым? Как ты мог Не знать, что хлынет в мир поток И в миг один омоет всех, Разбрызгивая свет и смех!? Не знал? Не знаешь до сих пор, Откуда входит в мир простор. Зинаида Миркина \\ Из сборника "Крещенье - это погружение", 1995, из книги "Озеро Сариклен"\\

Ерика: ребятки, я ошеломлена.

Anadi: Нечто долгожданное... Такие Поэты отмечают собой эпохи - без преувеличения. Для меня началась новая эпоха жизни... Живой Вестник - в потоке звучания великолепия РУССКОГО языка... и утоляется глубинный, глубочайший, давнишний голод... Спасибо ТЕБЕ, что такое возможно в этом мире.

Айжан: Светлана пишет: Айжан, так помоги нам,пожалуйста, узнать, есть ли сейчас в продаже книга "Озеро Сариклен". Так вот я и говорю, увы, книга давно не переиздавалась и поэтому ее действительно нет даже у самой Миркиной. Это если у кого-то она есть и этот кто-то хочет ее продать, но вероятность такого события наверное стремится к нулю :) Сейчас у Зинаиды Миркиной вышла новая книга Блаженная нищета, я ее еще не видела, но уже заказала через друзей. А как почтой заказать это я как узнаю, так сразу и скажу.

Айжан: *** Вы грезите о чудесах, А я тоскую о Христе. О той изгнавшей всякий страх Неимоверной высоте, С которой синяя звезда, Державшаяся ни на чем, Взглянула медленно сюда - И тихо постучалась в дом. И, не теряя высоты Своей ни на единый миг, Земные обрела черты, В горящий превратившись Лик. И мне не надо ничего, Лишь приклонись к одной мольбе: Войди внутрь сердца моего, Тоскующего о Тебе. Не знает мир, откуда свет, Но жив одним Твоим лучом. И я пойду Тебе вослед, Чтобы держаться ни на чем. (Зинаида Миркина. Сборник Проникновенье света, изд-во Evidentis, M., 2008) ... вот так вот... Чтобы держаться ни на чем....

Айжан: Добрый день всем друзьям, Ко мне (и у меня) были вопросы по поводу покупок книг Зинаиды Миркиной без посредников почтой. Сегодня я получила следующий ответ от друга семьи: "К сожалению, не сложилась практика рассылки книг З.А. Миркиной по почте. Я убедился,что многое можно заказать в интернет-магазинах и практически всё можно скачать. И, конечно, можно купить книги у Ирины Александровны, которую Вы знаете. Но только лично у неё. В Москве. Рассчитываем на понимание." От себя могу добавить, что часто электронные версии ее произведений содержат опечатки или они неполные. И, конечно, совсем другие ощущения, когда держишь в руках книгу! Могу порекомендовать ее последние сборники стихов Из безмолвия, Проникновенье света, сборник сказок Негасимые огни и самое последнее издание Блаженная нищета (еще не читала). Из совместных книг бестселлером стала книга Г. Померанц и З. Миркиной Великие религии мира. Могу также порекомендовать ее Избранные эссе о Достоевском, Пушкине и Цветаевой. Айжан.

Айжан: Г.П. Ни имени, ни громкой славы - Но мы вдвоем в лесу пустом. Мир выбирает вновь Варраву, А мы останемся с Христом. А мы с тобой - под лютым ветром. Сплелись, как ветки, ты и я, С вот этим Третьим, незаметным Немым истоком бытия. Немеет лес и крик немеет, Но как пророчит немота! Все носят крестики на шее, А мы остались у Креста. А мы не молим о спасеньи, Не ждем его, как чуда ждут. Мы просто знаем: воскресенье - Есть самый тяжкий в мире труд. (Зинаида Миркина. цикл Один на один) (посвящено мужу, Григорию Померанц)

Ханай: Здорово!!!

Anadi: Зинаида Александровна Миркина Цикл "Один на один" *** А дали, Господи, а дали... При чем тут все различье вер? - Так вот куда меня позвали! Так вот каков души размер! Ну как не рухнуть на колени И не сломать любой порог? - Каких еще определений Нам надобно для слова «Бог»? Он Тот, Кто не имеет края, Он Тот непостижимый, Тот, Кто, ничего не оставляя Себе, весь мир душе дает. Как небеса - поверх всех споров, Поверх всех слов, как ветра гул. О, Боже, сколько же Простора Ты перед сердцем развернул! *** Кто, кто когда-нибудь глядел В меня вот так, как свет осенний? Заглядывая за предел До тайного пересеченья. С той запредельной глубиной, Которая одна лишь может По праву называться мной - Ведь в ней хранится образ Божий.. Кто, кто сумел когда-нибудь Так напрямую, так глубоко Войти в меня, пройдя сквозь грудь До жизни скрытого истока. До точки полнобытия? И ты еще свидетельств хочешь? Откуда знаю Бога я? - Я с Ним гляделась очи в Очи...

Айжан: * * * Как давно мир Божий болен? О, когда впервые Сила вырвалась на волю, Власть взяла стихия? Кто на сей вопрос ответит? Кто нам точно скажет, Сколько дней, часов, столетий Князь бездушный княжит? Но не он хозяин всходов - А взрастивший семя. Все бесчисленные годы - Это только время. То, что канет, то, что кружит, Рушит, а не лечит, И оно всегда снаружи, А внутри нас - вечность. Не единой силой живы - Тайною великой. Есть в глубинах молчаливый Внутренний Владыка. Мир принадлежит по праву Не стихии - Духу. Бог есть Космос, а не Хаос, Строй, а не разруха. Длится каждое мгновенье Клич в Господнем стане - Бьется сила разрушенья С силой созидания. Кто к Творцу на самом деле Вышел на подмогу? Мы пожертвовать сумели Не собой, а Богом. И останется навеки В небеса впечатан Бог, распятый в человеке. Бог, людьми распятый. Но вершится неизменно Тайная молитва - Нас зовет Творец Вселенной На немую битву. Адский грохот бьет и глушит Голос Божьей шири: Строй и космос в ваших душах Строй и космос в мире. (Зинаида Миркина. Цикл Один на один)

Айжан: *** Вам кажется, что быстро дни бегут. Вам не хватает дней, часов, минут. Вам хочется остановить их бег. А вы могли бы день, а, может, век Следить, как медлит падающий снег, И длить и длить немое созерцанье Морской волны и корабля в тумане, Пустого неба и зари бессонной, И в темноте мерцающей иконы? Могли бы? Нет. Но вечность есть пустырь, Где во всю душу - только высь и ширь. Ничто и ты. Ты - лодка в океане. И длится бесконечно разрастанье Души. Нет ни начала, ни итога. Дни не бегут. Ты созерцаешь Бога. (Зинаида Миркина. Проникновенье света. Evidentis, 2008) ... думаю многим здесь знакомо... , Smile

Айжан: *** Что это значит, встретить Бога? Да нет, не за земным порогом, А прямо здесь, на этом свете Его необходимо встретить. Виденье? Нет, оставь надежду Увидеть лик. Он где-то между Всех лиц. Меж мною и тобой, Меж этой далью голубой И всем, чему отмерен срок. Он между слов. Он между строк. Его не может видеть глаз. Он То, что связывает нас. И если с Ним не будет встречи, То и дышать нам будет нечем. (Зинаида Миркина. Проникновенье света. Evidentis, 2008)

Айжан: *** То тучи, то солнце над ширью великой, И волны бегут к кораблю... Я знаю, как грозен земной наш владыка, Но ведь не его я люблю. Он может наслать нам любые несчастья, Развеять надежды, как дым. Он властен над миром, но он ведь не властен Над духом, над сердцем моим. Я только Твоя, мой незыблемый Боже, Твоя, мой безмолвный простор! Я знаю - князь мира, что хочет, то сможет, А Ты не вступаешь с ним в спор. Любовь с сатанинскою силой не спорит. Безумному не прекословь! Но если исчезнет всё небо, все море, Останется целой Любовь. Да, если исчезнут все формы, все вещи, Сойдет все живое на нет, Любовь уцелеет и дух затрепещет, И снова затеплится свет. Да, снова раздастся: "Да будет!" И - буду! И снова расколется мрак... Откуда я знаю? Не знаю - откуда, Но только я знаю, что так! То тучи, то солнце над ширью великой, И волны бегут к кораблю. Землею не правит небесный Владыка, Но только Его я люблю. (Зинаида Миркина. Проникновенье света. Evidentis, 2008)

Anadi: Потрясающе...

Anadi: Царство Его не от мира сего. Сила Его не от мира сего Здесь – Ему воздух скупо отпущен. Нет, не всесильный, не всемогущий. Здесь – задыханья едкая гарь. Здесь Он не царь. Кто же Он? Путь, уводящий отсюда. Не чудотворец – высшее Чудо, Выход в мою и твою высоту, Насквозь пробитый, прибитый к кресту. Тот, Кто безропотно вынести смог Тяжесть земли, – Наш неведомый Бог. Назван. Описан. И снова неведом. Только тому, кто пройдёт Его следом, Снова предстанет среди пустоты: – Видишь? Вот Я. – Вижу. Вот Ты. 1980

Цэдэн Дамба: Удивительно! Как слово может ВЫРАЗИТЬ!!! ВСТРЕТИТЬСЯ С ТАКИМ СЛОВОМ - НАСТОЯЩИЙ ПРАЗДНИК!!!

Айжан: ДОЖДАЛАСЬ! Эти книги я ждала целый месяц! И вот, наконец, (благодарю тебя, сестра моя Асема!) драгоценный пакет с книгами прибыл из Москвы, и в нем - самый последний (то есть самый новый) сборник стихов Зинаиды Миркиной Блаженная нищета. Год издания - 2010! На обороте - фотография поэтессы... и ..."Я знаю - дней осталось мало. По капле истекают силы. А я еще не все сказала...." замирает сердце...сжимается горло... По привычке заглядываю на последнюю страницу.... Да, я угадала. Тираж, как всегда, всего лишь 1000 экз... И все же внутренне благодарю тех, чьими усилиями этот тираж увидел свет. Потому что именно благодаря их усилиям все больше и больше людей узнают о своей выдающейся соотечественнице. Я знаю, придет время, когда полное собрание сочинений Зинаиды Миркиной будет гордо красоваться на полках самых лучших библиотек мира. Пока же мы - те, для которых состоялась встреча, - можем считать себя первыми счастливыми свидетелями и скромными участниками великого действа - Проникновенья Света... *** Нет, я не все сказать смогла, Что мне велят лучи косые, Иначе б вновь пришёл Мессия И с места б сдвинулась скала. Нет, я не все сказать смогла. Я - только вечная Мария, Сидящая у ног Христа. И вновь восходит красота, И распинают вновь Мессию; А я рыдаю у креста. Но я не все сказать смогла. Не всё, не всё ещё, иначе Сквозь боль мою, сквозь море плача Я бы до мира донесла Небес ликующее пенье - И смысл глубинный воскресенья Предстал бы, как глазам - скала. Нет, я не всё сказать смогла, Что мне велят косые тени, Когда на мир ложится мгла... (Зинаида Миркина. Блаженная нищета. М., Летний сад, 2010) P.S. По всей видимости тираж разойдется очень быстро. Для тех, кто заинтересовался этой книгой, сообщаю подробности: Зинаида Миркина. Блаженная нищета. изд-во Летний сад. Москва, 2010 (избранные стихи 2007, 2008 и первой половины 2009 годов) ISBN 978-5-98856-103-3

Anadi: Наверное, ее можно купить только в Москве? ...

Anadi: I. Моя душа слабей листка, Случайно сорванного ветром. Она, как этот лист, легка, Как легкий проблеск незаметна. Моя душа тонка, как нить, Нет, тоньше - и сравнить-то не с чем. Она другой не может быть - В ней Божий нерв, сквозя, трепещет. Моя душа обнажена - Ей нет покрова, нет защиты. Ведь каждый миг жива она И значит, каждый миг - открыта. И значит - нет ее бедней. Она - бездомный среди ночи, И каждый может сделать с ней Без наказанья, что захочет. Вот почему всегда молчат Леса. Глаза озер застыли. Вот почему наш Бог распят, И все-таки - наш Бог всесилен. II. Да, Он для всей беды открыт. Но этих красок переливы, Но эту жизнь лишь Он творит, Непостижимо молчаливый. Молчание - на боль в ответ, На всю враждебность мирозданья, Но созидает этот свет Лишь только Божие молчанье. И нет сильнее ничего Безмолвья Твоего, Создатель. Чтоб только не прервать его, Ты согласился на распятье. Чтоб не нарушить свой закон, Бог замолчал пред силой вражьей, Но созидает только Он, А разрушать способен каждый. ( З. Миркина. Из безмолвия, М., Evidentis, 2005)

Айжан: Anadi пишет: Наверное, ее можно купить только в Москве? Привет, Анади честно говоря насчет интернет магазинов я не профи, но ради такого дела порылась в интернете, нашла вот это: 1. прайс издательства Летний сад http://letsad.info/prices/price.xls. Наверное с издательством можно списаться по эл. почте. Москва: E-mail: letsad@mail.ru; letsad@letsad.info Санкт-Петербург: E-mail: spb@letsad.info 2. еще один сайт, где вывешено это объявление, но пока книги в продаже нет http://www.libex.ru/detail/book384087.html (ремарка- сейчас этого издания книги в продаже нет... оставьте объявление о покупке или продаже)

Anadi: Оооо! Спасибо, тебе Айжан! Будем пробовать.

Айжан: Дорогие друзья! Сегодня, 10 января 2011 года, Зинаиде Александровне Миркиной исполняется 85 лет! Порадуемся внутренне вместе с ней, с ее близкими и друзьями и пожелаем Зинаиде Александровне прекрасного самочувствия, доброго окружения, Тепла, Радости и Света! Недавно прочла наконец ее повесть Озеро Сариклен. Книга глубокая, многослойная и очень мудрая. Очень хочется поделиться со всеми, но это невозможно, пока книгу не переиздадут. Давайте же пожелаем скорейшего переиздания повести и внутренне пошлем Миркиной и ее друзьям свою добрую волю! Благодарю! Айжан.

Ханай: Айжан! Мы все передаем Зинаиде Александровне тысячи, сотни тысяч поклонов Благодарения! Её волшебные стихи - это то чудо, которое выражает невыразимое! То, что открывает множество закрытых дверей, ведущих в Бесконечное! То, что дает силы и радость соприкосновения с Океаном Божественного! То, что действительно помогает и поддерживает нас на этом Пути!!! Мы сорадуемся и танцуем в восхищении...Ом Тат САТ!

Anadi: Ты думаешь - я это я? Оспорю. Я - это море. И это всё не выдумка, не небыль. Я - это небо. И та сосна, и ива у ручья - Всё это я. Всё дело в том, чтоб досмотреть меня До дальнего закатного огня И до меня - вечернюю зарю. Ведь я всю жизнь про это говорю. Учись смотреть. Еще совсем немного - И сможешь море досмотреть до Бога, И небо, и сосну. И вот тогда Увидишь, что вода не есть вода И ствол не ствол. Дыханье затая, Ты вдруг поимёшь, что я - не только я. ( Зинаида Миркина. Проникновенье света. Evidentis, 2008)

Anadi: Апассионата *** В жизнь вечную с пустой сумою! Весь скарб накопленный - к нулю! Я все обиды ваши смою, Я все заботы утоплю. Одной гигантскою волною Единым Духом - на простор! За мной! За мной! Вослед за мною! Из ваших стен, из ваших нор! Всей боли, всей тоски обозы На дне моем погребены. И эти слезы, эти слезы - Из жизнетворной глубины. И сколько их ни есть, - все мало - Океанический прибой! Вот поднялись гигантским валом, Чтоб целый мир обнять собой. И опрокинуть, вырвать с корнем Все то, что темный страх нанес. Ведь эти слезы - жизнетворны, Миры растут из этих слез. Из них разлились океаны - Жизнь начинается с морей... Не бойтесь слез, не бойтесь раны! Не бойтесь Глубины своей! ( З. Миркина. Из безмолвия. Evidentis, 2005)

Anadi: *** Дотронься до меня... Но только так, Чтобы достать сквозь кожу, сквозь все тело, Сквозь этот смертный, этот тяжкий мрак - До точки, что звездою заблестела. Дотронься вдруг до сердца моего. До малой точки среди бездны полой, До света посредине НИЧЕГО, До той иглы, что бездну проколола. Я жду тебя. О, как же надо мне Дождаться твоего прикосновенья К той точке, проблеснувшей в глубине, К тому неугасимому свеченью... (© Copyright Зинаида Миркина. сб. Проникновенье. М., Evidentis, 2005)

Anadi: * * * Такая даль Меж всеми нами!... Такая даль, Которую слова Перелететь не могут. Как крыльями не машут, Как ни рвутся, - Все та же даль маячит впереди. Кричать? Кому? Куда? К кому? А может быть, когда-то Вселенная вот так же разбежалась На тысячи, на мириады звезд, И каждая повисла одиноко Не в силах дотянуться до другой... И превратилась Вечность В безликое, безмерное Пространство, И Время, неимущее конца... Как будто кто-то Вдруг выворотил Вечность наизнанку Во вне себя... Кричать? Но разве звезды кричат друг другу? Нет. Они тихи. И дело их - Светиться сквозь молчанье И тайное единство возвещать... (© З. Миркина. из сб. Зерно покоя. 1994)

Anadi: *** В начале мира - не стихия, А Дух. От Духа рождена. Какой бы шквал, грома какие Ни насылал бы сатана, Как ни захлебываюсь в плаче. Как ни бессильна в мире я, Мой чуткий Дух остался зрячим, Слепая мощь, я - не твоя. Какие б ни сулил соблазны Блистающий, гремящий ад, - Победы надо мной не празднуй - Они меня не соблазнят. И что с того, что я распята И что вокруг одни кресты? - Не от тебя душа зачата, И нужен ей совсем не ты. Я знаю - сил у духа хватит Поднять тяжелой глины пласт. Мне нужен только мой Создатель. И Он мне Сам себя отдаст. (Зинаида Миркина. Истории наперерез)

Anadi: *** I. Я сделана из этой широты, Из этой высоты и этой сини. Мой зримый облик, все мои черты Скрывают бесконечность этих линий. Но если размотать и развернуть, До самых звезд протянется дорога. Я превращусь в бескрайний Млечный Путь. Я даль и высь, я создана из Бога. II. Не только я - мы все до одного, Живые сгустки этой вязкой пыли,- Мы все когда-то вышли из Него И своего Родителя забыли. И вдруг, о Боже, эта широта, И облака, и взлеты дальних взгорий, И горизонта ровная черта Меж небесами и затихшим морем... Перевернувший, вросший в душу вид, Торжественный и молчаливо строгий,- Весь этот мир передо мной лежит Немым напоминанием о Боге... ( Зинаида Миркина. Проникновенье света. Evidentis, 2008)

Anadi: C 24 по 27 января в 23-00 канал «Культура» показывает документальный сериал Ирины Васильевой «Беседы с мудрецами. Григорий Померанц и Зинаида Миркина». (2010). Повтор каждой серии можно будет увидеть на следующий день в 17.05 Философ Григорий Померанц и поэтесса Зинаида Миркина выстрадали свою мудрость, пройдя по фронтам Великой Отечественной войны, пережили сталинские лагеря и смертельную болезнь. Они всей своей жизнью заслужили право на назидание, и проповедь их проста: выйдя из поверхностных впечатлений, современный мир должен научиться созерцать собственную глубину. И тогда выясниться, что нет неразрешимых противоречий между людьми, культурами и конфессиями. Фильм 1-й. «Святое одиночество». Одиночество – проклятие ХХ века. Человек никогда не чувствовал себя столь одиноким. Но стоит на пороге XXI века оглянуться на древних, чтобы признать необходимость священного одиночества для созревания души, для подлинной встречи. Фильм 2-й. «Вавилонская башня цивилизации». Мир подошел к гибельному рубежу. Преодолеет ли человечество глобальный системный кризис? Это зависит от творческого меньшинства, способного сегодня поменять моральный климат. Фильм 3-й. «О смысле страдания». Бессмысленно задавать вопрос «За что?» небу, Богу, судьбе. Это глубинный вопрос, который человек должен адресовать только себе. Ибо мы не должны быть потребителями. Мы созданы как творцы. Фильм 4-й. «Возможна ли чистая совесть?». По словам А. Швейцера, «чистая совесть – уловка дьявола». Компромисс в социуме неизбежен. Но важно помнить, что кесарю не причитается Божье!

Айжан: Анади! Огромнейшее спасибо! Надеюсь, что удастся посмотреть!

Anadi: Это тебе - Спасибо! - за ссылку на сайт, где я нашла этот анонс: http://pomerants.livejournal.com/

Айжан: Рекомендую посмотреть фильм "Второй" режиссёра Ирины Васильевой из цикла "Больше чем любовь" на <a href="http://video.yandex.ru/users/grigory-pomerants/view/9">Фильм "Второй"</a>

Anadi: Зинаида Александровна МИРКИНА ЭССЕ О ЕЛКЕ (печатается впервые с разрешения автора) Мне давно хотелось, а сейчас стало как-то необходимо написать о моей Ёлке. Что она для меня такое? Почему так невозможно не строить Ее? Когда-то, 56 лет назад (в 45-м году), со мной произошло нечто, о чем я много раз говорила. И все же скажу еще раз: Ель перед моим балконом на даче вспыхнула Фаворским светом. О том, что такое Фаворский свет, я узнала гораздо позже. А тогда я увидела его, не зная, что это так называется. После огромного страдания, вернее, во время страдания, захлебываясь от всех душивших меня "проклятых вопросов", я вдруг увидела Ель всю в огнях. Это было после грозы. Взошло солнце, и сотни, мириады капель вспыхнули невероятным, прожигающим всю душу светом. И вот, в единый миг душа переросла свое страдание, переросла все вопросы, в которых только что тонула. Что-то произошло в душе такое, чего представить себе раньше я никогда не смогла бы. Возможно, так бывает, когда из куколки вылетает бабочка. Душа из скукоженного комочка превратилась вдруг в крылатое существо, и иначе, чем преображением это не назовешь. Много позже, когда я увидела и очень полюбила икону Феофана Грека "Преображение", я там узнала все, что произошло со мной. По бокам иконы идут четыре человека, Иисус и три ученика. Он хочет показать им нечто, что знает сам, и чего не знают они - Просиявшую Истину. Где она? Они смотрят на Иисуса. Они оглядываются по сторонам. Но вот Гора. На Горе Иисус, который просиял. А ученики? Что с ними? Они, как планеты, сорвавшиеся со своих орбит. Они перевернуты. Они, кажется, потеряли всякие ориентиры в пространстве и во времени. Никто из них на Иисуса уже не смотрит. На него невозможно смотреть. Его свет прожег их, ослепил. У одного из них глаза совсем закрыты. У двух других открыты, но они смотрят не на Иисуса. Они смотрят внутрь себя. Ибо Истина видна только там - внутри. Свет, прожегший их, открыл им их же Глубину, ввел в эту Глубину, показал, что она есть. Внутри нас есть источник света. Просиявший Иисус открыл им этот источник в них самих, прожег вход в Глубину, всегда свою собственную и в то же время не только свою. Она одна на всех. Ты либо вошел туда, либо нет. Если вошел - встретился там с другими, понял, что мы едины. У всех ветвей дерева - один ствол; у всех наших органов - у шеи, глаз и т.п. -одна кровь, одно сердце - единый организм. Тот, кто вошел в единую для всех Глубину, нашел Бога - то, в чем мы едины. Наша целостность, включающая все и всех в себя - вот Он, Бог. Всем открытая тайна, которая всегда остается Тайной, ибо существует только на последней Глубине. Там сияет. Туда зовет. Я, выросшая в атеистической семье, совершенно нерелигиозная девочка, упала на колени. И когда встала с колен, знала: Творец этой красоты совершенен. Мы не отдельные разорванные частицы, мы составляет нечто целое. У нас есть общее Сердце. В мире есть величайшая Гармония. И сердце мое, мое маленькое настрадавшееся сердце забыло о своем страдании и трепетало, как струна под пальцами величайшего арфиста: 'Только прикоснись! Весь мой смысл в том, чтобы быть Твоей Арфой!" ___________________ Елка в моем доме - с моих восьми лет, когда ее разрешили советским детям. А моя любовь к елке началась, кажется, с двух лет. Трудно поверить, но я помню, как меня поднесли к наряженной серебристо-зелеными шарами елочке нашей соседки тети Шуры. Елочка маленькая стояла на столе. Мама держит меня на руках, а я тянусь, выскальзываю из маминых рук за шаром. Зачарована совершенно. Наверное, ору, чтобы мне дали шар. И добрая тетя Шура снимает с елки чудо из чудес и протягивает мне. И я мгновенно затихаю. И вдруг - шар выскальзывает из ручонок, и разбивается на мириады сверкающих дрожащих осколков. Новый крик, но он мгновенно прерывается. Мама рассказывала, что была потрясена, как я мгновенно затихла, прикованная взглядом к дрожащим переливающимся осколкам на полу. Вот еще с тех пор - моя любовь к елке. Потом, у подружек, я видела игрушки из детства их родителей (у мамы, к сожалению, все пропало в Гражданскую войну). Серебряная картонажная рыбка... Она была поистине той самой золотой рыбкой, которая исполняла все заветные желания, сама была заветным желанием, точно знала, что душе нужно, и вела в какое-то неведомое сверкание. Вела, вела от двух до девятнадцати лет. По каким мытарствам вела!.. И вот привела к Той преобразившей меня вспыхнувшей Елке... Мытарства не кончились. Они стали еще во сто раз больше. Но это было уже нечто совсем другое - сознательное и осмысленное. Смысл жизни был найден. Бог стал реальностью, постигаемой только в опыте глубочайшего сердца. И вот, начались мои Елки (не сразу... надо было еще пять лет пролежать парализованной, а потом встать, но - начались). Только я получила задание показать, собрать и показать ту внутреннюю гармонию мира, которую душа моя знала. Собрать осколки, разбросанные на поверхности, и соединить в единое целое, дать Образ. Что такое небесный Иерусалим? Это глубинная реальность, которая, как солнце густыми тучами, закрыта нашими иллюзиями - проекциями нашего "эго". Небесный Иерусалим - это внутренний Свет, который не нуждается ни в чем внешнем. "Ни солнца, ни луны там не будет, ибо Господь Бог - светильник их." Это тот незаходящий свет, который сам является своим источником, и сам из себя черпает силы. Небесный Иерусалим, небесный град, в котором "Бог отрет каждую слезу с очей их, и ни болезней, ни смерти больше не будет, ибо прежнее прошло, миновало." Эти последние слова Апокалипсиса всегда переворачивали мне душу. И я знала, что это правда, правда, правда! Небесный Иерусалим светится внутри всегда. Освободить его от тьмы, скрывающей это свечение, сорвать завесу, дать просверкать нетленному среди тленного мира - вот моя задача. Вот что я делаю, когда создаю мою Елку. Ни одного случайного штриха. Ни одной случайно повешенной ниточки дождя. Каждая игрушка, каждая дождинка, каждый оттенок света должны найти свое точное место, вероятно соотнесенное с тем, которое у всего есть внутри, в невидимой глазом первооснове жизни. Сказка? Сказку рассказывает мне сама Елка, ибо все на ней говорит. Бог есть Слово? Да. Но это Слово говорит только в глубине души. Уши его не слышат, но душа слышит и получает задание перевести это Слово с языка беззвучного на язык звучащий. Озвучить свет. _______________________________ И еще. Сражение света с Болью. Свет восходит изнутри наружу. А здесь - Боль. В царство Боли. Каждый год она новая, своя, конкретная. И свет падает на эту Боль, как дождевые капли на ели, или на темень леса. Или - куда бы он ни упал, начинается сражение, которое может превратиться в любовные объятия, - в ликование; а, может, и нет. Сражение с Болью. Свет должен просквозить вот эту сегодняшнюю Боль, растворить ее, сразить. Завтра будет другая, и будет новое сражение. Свет все тот же, а боль - новая. Да и свет всегда новый. Просто он никогда не тускнеет, но в каждом новом повороте вновь вспыхивает все тот же вечный Свет, и творит новое Действо. Вот это Действо с массой конкретных подробностей, это новый поворот луча во тьме - новая сказка. - Новый путь странника через лабиринты тьмы, новая мистерия, ибо это всегда мистерия - вход в тайну. Жизнь таинственна, ибо бездонна. Ощущение бездонности, в которой вечно блуждает и никогда не заблудится Свет - это ощущение и есть счастье. Всегда трудное счастье, ибо находиться в Бездне всегда нелегко. Но ощущать Бездну и ощущать собственное сердце - это одно и то же. Сердце бездонно. И тот, в ком полностью пробудилось сердце, чувствует великое ликование, ибо внутри этой бездны - свет. 3,18 апреля 2001 года http://www.niworld.ru/Skazki/Skazki_liter/mart_01/mirkina/esse/mirkina_esse.htm

Айжан: I. Принять на плечи мир? О, Боже мой, Как мы бежим от этого заданья. Бредём к Тебе с протянутой сумой. А Ты, Всесильный, держишь мирозданье. Такое только Богу суждено, А нам своя очерчена граница. А если Ты во мне, и мы - одно? А если мне уже не уклониться?.. II. Покой великий, заоконный, Покой деревьев за рекой, Покой мерцающей иконы И Будды спящего покой. Нет, не за стенами квартиры, Не в уголке, что чист и тих, - Возможно только в центре мира От бурь укрыться мировых. Тяжка, как горы, милость Божья. Легка, как небо, благодать. Быть в центре мира тот лишь сможет, Кто мир способен удержать. (Зинаида Миркина. Блаженная нищета. М, 2010)

Айжан: I. Я и Ты. Кто Ты есть, мой Господь? Кто есть я? Я - подобие Божье? Вечный Дух или слабая плоть? Или нас разделить невозможно? На земле, не в пустых небесах, В узел жизни мы связаны тесный: Без Тебя я ничтожнейший прах, Без меня Ты лишь Дух бестелесный. II. Бестелесный, однако живой, Полный силы вовеки нетленной. Ты врываешься свежей листвой, Звёздной россыпью в темень вселенной. В пламя жизни, в объятья огня Заключающий мертвую глину, О, насколько Ты больше меня, Ты, сплетенный со мной воедино! III. Тайный жар твой - в моей глубине. В тьме сердечной скрывается чудо. Я жива - значит, весь Ты во мне. Я умру - это значит - пребуду Вся в Тебе. Ни единой черты От меня. Только Ты. Всюду - Ты. IV. Ни словца. Мир застыл в тишине, И никто не ответит в мольбе. Но Тебя увидавший во мне Пусть меня угадает в Тебе. (Зинаида Миркина. Блаженная нищета. М, 2010)

Айжан: Я знаю Бога. Верю в чудо, Затем, что чудо - это Бог. Гор тяжких каменная груда Рассыплется у Божьих ног. Я знаю: воля Миродержца Сильней, чем всех стихий приказ. Но чудо - то, что видит сердце И может не заметить глаз. (Зинаида Миркина. Блаженная нищета. М, 2010)

Айжан: *** Я - царь без царства, Бог - без мирозданья. Я - вестник, не донесший миру весть. Я - тяжесть неподъемного страданья, Я - легкость торжествующего "есмь". Я есмь и нет. Я - безголосье муки, Бессветность звезд. Я прорываюсь к вам И созидаю все цвета и звуки. Мне нужен мир, и я его создам. Мне вы нужны. Мне нужно, чтоб вы были. Но вас ведь нет, и только потому Клубятся волны этой душной пыли И вечный свет не пробивает тьму. Нам не свершиться в мире друг без друга. Пока мы врозь, все будет так, как встарь: Земля идет по заданному кругу - Тела без духа и без царства Царь. (Зинаида Миркина. Из сб. Зерно покоя. ссылка http://zhurnal.lib.ru/d/dmitrijeva_n/nadezda.shtml)

Айжан: ТРИПТИХ "БЛУДНЫЙ СЫН" I Так ты вернулся... Ты со мной... Ну что ж, что выплакал глаза я? То, что болит во тьме грудной, Не видят - только осязают. Я осязаю в этот час Тебя внутри себя. Вот здесь ты. И жизнь по капле входит в нас, И сердце, наконец, на месте. Скажи, так ты сумел узнать, Что как ни бесконечно много Мест в мире, но любая пядь Земля единственна для Бога? Узнал ли, что душа твоя В своей свободе несвободна, Что ты - единственный, а я, Я без тебя - лишь крик бесплодный?.. II И был когда-то только крик - Без затихания, без пауз. Еще мир этот не возник. Еще разгул стихии. Хаос. Сплошная боль, сплошной разрыв, То опьяненье от ненастья, В котором каждый камень - жив, А дух живой разъят на части. И в каждой части бьется он С самим собою... До начала Был долгий неуемный стон, А слово... Слово не звучало. Как в дни распятия. - разрез Миров. Отец, лишенный сына. Пока Сын Божий не воскрес, Миры не могут быть едины. Расколота на части высь. Немотствует первооснова. Покуда мы не собрались, Есть только крик и нету Слова. III Бог этот мир не создает, А собирает по частицам, И не неделю и не год И не века работа длится. Тот тяжкий кропотливый труд, Та жизнь незримая, иная, Где все друг друга узнают - И сердце сердце вспоминает. И вспыхивает в тот же миг, Когда всецелый мир возник От легкого прикосновенья. Когда нечаянно нашлась Та крошка, о которой плачет Весь Бог, - затерянная часть Души, домирная задача. И вновь придет на Землю Спас И навсегда уйдет тревога, Когда наш Бог найдет всех нас И каждый камень вспомнит Бога. (Зинаида Миркина. Из сб. Зерно покоя. ссылка http://zhurnal.lib.ru/d/dmitrijeva_n/nadezda.shtml)

Айжан: *** И я узнала, наконец, Как создавал меня Творец. Сперва взяла Его рука Всего лишь только горсть песка И к ней прибавила чуть-чуть Простору, чтобы мочь вздохнуть, И вскоре весь разлив небес Вместился в грудь, и целый лес И гул морской... И все же Он Был недоволен и смущен... И вот тогда в избытке сил Всего себя мне в грудь вложил, - Всю меру Божеской любви - И мне сказал: Теперь - живи! (Зинаида Миркина. Сборник Зерно покоя. ссылка http://zhurnal.lib.ru/d/dmitrijeva_n/nadezda.shtml)

Айжан: Зинаида Миркина. Стихи о Цветаевой. «Борис, но одно: я не люблю моря. Столько места, а ходить нельзя. Раз. Оно двигается, а я гляжу. Два. Борис, да ведь это та же сцена, то есть моя вынужденная, заведомая неподвижность. Моя косность ... Так, Иегову, например, бы ненавидела. Как всякую власть. Море — диктатура, Борис». Из письма М. Цветаевой к Б. Пастернаку от 23 мая 1926 г. I Марина не любила моря. Но кто еще, какой святой был так бесстрашен и бесспорен глаз на глаз с этой широтой? Кто мог ответствовать Вселенной, как вал, как ветер, как прибой, — единым вдохом, мгновенно, на каждый вызов — всей собой? До боли, до крови, до хруста, — одним рывком — все существо! ... Но если — тихо, если — пусто… Вокруг и рядом — ничего? Ни зова, ни руки, ни взгляда, — Пустыня. Без границ и дна. И делать ничего не надо. Не до тебя. Ты не нужна. Все, что ни дашь, все будет мало. А надо только, онемев, застыть. Так, чтоб тебя не стало. Всецелость — это Божий зев всепоглощающий. Он черен и ненасытен. — Моря гладь... Марина не любила моря. Марина не умела ждать, отсутствуя... когда в глубоком молчании, уйдя во тьму, нас просит Знающее Око лишь только предстоять Ему. Лишь предстоять... Когда поклажа превыше сил и — ветра вой. Когда ты обречен и даже — не только ты, — ребенок твой. II Благодарю за дар и милость, за это воплощенье сна! О, Господи, — душа свершилась! Совершена! Завершена!? —Нет завершения. Но эта всеполнота и эта страсть! Огнь очищенья, вспышка света! Твой умысел — душа сбылась! И льется, хлещет — в очи, в уши, через края, через века. О, только подставляйте души! Все мало! Каждая — мелка! И нет на свете ни единой до сокровеннейших глубин вместившей всю. - Постой, Марина. Не забывай, — ведь был Один... Одна... Одно... (О, вихрь свободы, дохнувший разом, вороша миры! — Не знать, какого рода, какого племени Душа!) Есть полнобытие и только. И пусть уйдут из сердца дрожь и трепет — дребезги осколков! —А страх и трепет, что убьешь кого-то? Страх, что в этой гуще толкнешь ребенка? Жизни нить заденешь... Трепет, не дающий нам двинуться. — Застыть... Не быть… Тот, кто сомненьями раздавлен, по силе сам тебе подстать. Ты знаешь, быть боялся Гамлет затем, что быть и убивать — сродни... О, эта тонкость ткани — мы сотканы — сопряжены. Дохнуть — уже кого-то ранить, не разглядеть чужие сны... чужой души... Душа чужая? Но у души — ни стен, ни дна, ни разделения, ни края, — душа на всех, сквозь всех— одна. Вот Та, То, Тот — предел накала, — Огонь, не сжегший никого. Все, что любила, ты вмещала и обнимала. А ЕГО? Того, Кто взял вовнутрь все горе, всю смерть, и — жив, не изнемог? . . . . . . . . . . . . . . . . . . Марина не любила Моря, но да ответит только Бог. Сам Иову. Грозы раскаты. Блеск молнии и вновь темно. А необъятность не объята. Есть ты и море. Не одно, а двое. Этот ветер ада! Противужизнь. И силы нет противустать. - Творец, не надо щедрот. Возьми назад билет! Так не бывать конца раздору... Как он бездушен, слеп и глух тот всемогущий вихрь, который родит и задувает Дух!.. Не в петлю если, так с обрыва... Но зрители, подите прочь! Здесь — Бог и сердце, Бог и Иов. Резец и мрамор. Огнь и ночь. (В книге Разумовской о М. Цветаевой говорится, что Пастернак, провожая Марину Ивановну в эвакуацию, принес ей веревку для перевязывания вещей и сказал ей, что веревка эта такая крепкая, что все выдержит, — хоть вешайся на ней. Каким-то образом якобы было установлено, что именно на ней повесилась Марина Ивановна...) III. Он сам ей дал веревку в ту давнюю минуту. О, Господи, как ловко им черт все карты спутал... Он сам... О, Боже, Боже! Как он любил когда-то сей Дух, прожегший кожу, бесстрашный и крылатый! Дух, все веревки рвущий — Единым духом живы — Он был ей равносущным, Она — его прорывом в себя, где правит гений, и — по мандату Бога — бескрайность устремлений, в неведомость дорога. Ни цели, ни оплота, ни пола и ни крова — энергия полета и — ничего другого. Перейдена граница и силы и бессилья. Нельзя остановиться, не потерявши крыльев. Но невозможно выжить, летя, как ветер в поле, и чем вольней, тем ближе к заведомой неволе. И что же, что мне делать через года разлуки, когда душа и тело, когда крыла и руки разделены, разъяты, и каждый — кто что может. «Прими же, чем богаты, не надо лезть из кожи». Извечные советы всех «кое-что имущих»... Но если кожи нету — ободранная сущность? И по законам братства — вот час, в который слиться б… Но как не испугаться, когда пусты глазницы? Когда одни провалы, когда одни крутизны у той, что испугалась не гибели, а жизни?.. И вот, друг перед другом, как будто в рукопашной — две правды, два испуга, две кривды, два бесстрашья. Так будем молчаливы у края мирозданья, дабы расслышал Иов Господнее молчанье. И после всех событий — «О, кто мы и откуда?» И кто кому хранитель? И кто кому — Иуда... И вдруг, отчаявшись искать извне, сердцем и голосом упав: во мне! М. Цветаева. «Сивилла» Ложь—красные листья: Здесь свет, попирающий цвет. М. Цветаева. «Деревья» IV. Ты всё себе равных искала, вся настежь: услышь и войди! Но сердце такого накала, но солнце в провале груди... Но голос подобного звона, но этот рокочущий стих в мир темный, и вялый, и сонный врывался как огненный вихрь. И вот, каменея от взлета, средь сотен и тысяч — одна. Как крылья раскинув пустоты, подходит к тебе Тишина. Ты знала, ты знала про это свидание в месте разлук, где цвет, попираемый светом, беззвучьем зачеркнутый звук. Он все ощутимей, все ближе... Явь прорвана. Зримость — мала... Зачем ты кричишь — ненавижу! Тому, кого тайно ждала?! Зачем испугалась? Не ты ли, рванувшись к последней черте, в глаза заглянула Сивилле и Бога нашла в пустоте? Ну, вот она — эта Пустыня! Твой пламень все тленное сжег. — Ни красок, ни форм и ни линий — нет внешнего мира — есть Бог. Зовущая сердце пещера... Не ты ль, размывая края, высокой нас мерила мерой? Так вот она — мера твоя. Горчайшее высоко-мерье: испить Его чашу до дна и Божьей единственной дщерью остаться, — Один и Одна. Ни чаяний нет, ни посулов. Крест — крылья. Крылата, как Он. Так что ж ты на мир оглянулась? Там — имя ему — легион... (Зинаида Миркина)

Айжан: *** Все время цело. Время - это море. Оно, как бесконечная вода, Течет, не утекая никуда, И куполу недвижимому вторит. Неисчерпаем времени запас. Внутри у времени хранится Вечность. Пускай оно втекает внутрь нас И вытекает из глубин сердечных. О, только не стремитесь никуда! Нет цели - есть бескрайняя дорога. Все наши дни, все месяцы, года Незримо соберутся в сердце Бога. (Зинаида Миркина. Один на один. ссылка http://zhurnal.lib.ru/d/dmitrijeva_n/nadezda-1.shtml)

Айжан: *** Дай мне поверить глубине своей, Дай мне поверить собственному сердцу. Заброшенный во глубину морей, Давно затерян скипетр Миродержца. Всесилье наше спрятано на дне Миров и чуть проблескивает в лицах... Но это дно находится во мне. Дай мне своей же глуби причаститься! (Зинаида Миркина. 14.01.2001.) *** Я есмь земля, в которой Бог Произрастает. Дайте срок, О, только дайте, дайте время, Чтоб я взрастила Божье семя, Чтоб бесконечность проросла Из ничего. Раскрыв крыла, Раскинулась бы над землею... А я? Но что же я такое? Ничто. Не более нуля. Я - прах. Я - только лишь земля. Но древо, на котором плод Бессмертья, - из земли растет. (Зинаида Миркина. 26.03.2001.) *** И я уже не знаю ничего. Я - чистый лист, я - белая страница. И только от Дыханья Твоего Здесь может буква зыбкая явиться. Да, Ты ее напишешь и сотрешь, И это - высший строй, а не разруха, Ведь есть всего одна на свете ложь: Упорство буквы перед властью Духа. (З. Миркина. 7.04.2001.) *** Нельзя узнать, что за порогом Земным, что 'до' и что 'потом', Но можно доглядеть до Бога Деревья за своим окном. И можно сердцу в миг причастья - О, Господи, в который раз! - Как птице, зазвенеть от счастья, Забыв, что до и после нас. На то лишь свет нам с неба послан, Чтобы глаз земной увидеть смог: У Бога нет ни 'до', ни 'после', Все, что проходит, то не Бог. А я? Но в этом море света, В переполненьи бытия, В причастья миг - различий нету. Неразделимы Бог и я. (Зинаида Миркина. 11.03.2001.) *** Еще вбирает кровь аорта, Еще вздымает грудь порыв. Но смертный - это значит мертвый, И только лишь бессмертный - жив. И кто нам сроки жизни чертит? И кто пророчит о конце? Я чувствую, Святой, Бессмертный, Твое Дыханье на лице. Дух Вечности, как запах дыма Кострового вбираю в грудь... Я сделаюсь как Ты незримой, Бескрайней, точно Млечный путь. Твое бессмертье прозревая, Живу, на части не дробя Души. - Ведь я уже живая, Затем, что чувствую Тебя. (Зинаида Миркина. 10-13.02.2001.)

Айжан: *** Боже правый, как пространства много И как вольно веткам в вышине! Есть свобода не моя, а Бога - Бога, заключенного во мне. Бесконечны шири небосвода, Не измерить мировых глубин. О как мне нужна Твоя свобода, Мой неумолимый Господин! Знаю меру и безмерность боли, Знаю тяжесть полнобытия. Но ведь жизнь - Твоя святая воля. И да будет воля не моя! Мы забыли о всесильном чуде, Тьмой закрыли светоносный пласт. Но кто свету повелел "да будет!" - Тот и сердцу всё, что нужно даст. (Зинаида Миркина. сб. Блаженная нищета. М., Летний сад, 2010)

Айжан: *** Выходит путник на дорогу, Глядит в звезды далекий глаз. Не надо, не ищите Бога, Покуда Бог не ищет нас. Я сяду на прибрежный камень, Под длинной горною грядой, Под стынущими облаками, Над тихой сизою водой. Я потеряюсь меж косыми Ветвями, я сольюсь с листвой. Я позабуду даже имя, Я позабуду облик свой. Пространства сизого остуда, Воды безмолвной долгий зов... Я о себе совсем забуду: Ни грез, ни планов и ни слов. Там, где-то на холме покатом, У старого, большого пня Я потеряюсь. И тогда-то, Тогда-то Бог найдет меня. (Зинаида Миркина. сб. Блаженная нищета. М., Летний сад, 2010) http://my.mail.ru/community/mr.god/journal

Айжан: *** I. К Богу обращаются иначе, Чем к царю, ведущему народы. Всё равно - ликуя или плача, Но - в безвестность, внутрь себя - по водам. Да, по водам, не по твердой суше, Через темень к внутреннему свету, Погружаясь в собственную душу, Где ни знаков, ни указок нету. Лишь земную ощутив границу, Ты глаза поднимешь к небесам. К Богу нужно только обратиться. Остальное совершит Он Сам. II. Обратиться значит отвратиться От всего, что было мне опорой. Обратиться значит очутиться Посредине полного простора, В тех полях, где царствует разруха И грозит развалом на века мне. Обратиться - значит, сила Духа Больше силы ветра, силы камня III. И никто не знает, что такое В самом деле обратиться к Богу. До его светящего покоя Через бездну чёрную - дорога. Как пронзает сердце луч весенний, Как нас всех сзывает Бог в объятья! Только не бывает воскресенья Без моей готовности к распятью. О, как сердце плачет и пророчит, И какие шлет оно моленья! Трудно помнить гефсиманской ночью, Что ты сам есть жизнь и воскресенье. IV. О, как трудно знать о тайне Божьей Посреди земной жестокой яви! "Господи, избави если можно! Отче мой, зачем меня оставил?" Но кто может сам себя покинуть? Как покроет тьма источник света? Тайна только в том, что мы едины, И другой у мира тайны нету. (З. Миркина. Блаженная нищета. М., Летний сад, 2010)

Айжан: * * * Хлеб насущный даждь нам, Господи - силы на сегодня! Мы сюда на битву посланы, - Воины Господни. Не талант и не умение, - что-то есть иное: Каждый стих - мое сражение с тяжестью земною. Мой огонь под пеплом дремлющий. Лишь ему поверьте! Каждый стих - победа немощи над всесильем смерти. Есть пути неисследимые в очевидность чуда: Каждый стих - прорыв в Незримое и возврат оттуда. (Зинаида Миркина. Зерно покоя. http://www.niworld.ru/poezia/mirkina/zinaida_mirkina1.htm)

Айжан: Другая страна ли, планета другая? Душа, как праматерь, гуляет нагая. И Бог по соседству, но дьявола нету, И нету соблазна, и нету запрета. И нету змеиного страшного знанья, - Потеря седин и потеря страданья. И тишь неземная и хор стоголосый. - Потеря ответа, потеря вопроса... Сплетенные ветки - слиянные лица. - Потеря стены и потеря границы. Как будто изгнанницу вновь возвращают в забытые кущи родимого рая. Распахнуто сердце, как райские двери. Изгнанье изгнанья! Потеря потери! (Зинаида Миркина. http://www.niworld.ru/poezia/mirkina/zinaida_mirkina1.htm)

Айжан: Другая страна ли, планета другая? Душа, как праматерь, гуляет нагая. И Бог по соседству, но дьявола нету, И нету соблазна, и нету запрета. И нету змеиного страшного знанья, - Потеря седин и потеря страданья. И тишь неземная и хор стоголосый. - Потеря ответа, потеря вопроса... Сплетенные ветки - слиянные лица. - Потеря стены и потеря границы. Как будто изгнанницу вновь возвращают в забытые кущи родимого рая. Распахнуто сердце, как райские двери. Изгнанье изгнанья! Потеря потери! (Зинаида Миркина. http://www.niworld.ru/poezia/mirkina/zinaida_mirkina1.htm)

Айжан: *** Не иудеи — иудея, Не дети женщин — сына девы, Не Иисуса Назорея, А то, что там, меж ребер, слева… Не Бога и не страстотерпца, Разверзшего покров могилы, Распяли собственное сердце За то, что билось и томило. За то, что ныло и болело, И прорывалось вон из клети, Куда-то в вечность, за пределы, Очерченные телом этим. За то, что называло князем Не князя мира (ком из глины), За чувство тайной острой связи С Незримым, Жгучим и Единым. За это вечное волненье Перед немым и непостижным, И своевольное стремленье Назвать неведомого ближним. За то, что световые пятна Ему чертили путь и сроки, За этот трепет непонятный От прикасанья звезд далеких. Не чудотворца — страстотерпца, Ушедшего в провал столетий, Распяли собственное сердце, И жили, смерти не заметив. (Зинаида Миркина)

Айжан: * * * Что есть духовная работа? Немереные километры. Безостановочность полета Противу ветра. Что значит труд молитвы строгой, Вот той, что держит мирозданье? Упорство прославленья Бога В часы смертельного страданья. В часы невидимого боя, Когда весь ход вещей разрушен, Мое упорство быть с Тобою, Когда Ты оставляешь душу... (Зинаида Миркина. 1996) P.S. С благодарностью Великой Душе. (надеюсь хоть в этом разделе меня не забанят))))

Айжан: Мы все на берегу друг друга, И каждый дамбой отделен И замирает от испуга Вступить в текучий чей-то сон... Мы наяву, мы все на суше. А там внутри, во влажном сне Там только дух, там только души Плывут в прозрачной глубине.Зинаида Миркина



полная версия страницы